Президента спросили в прямом эфире о политическом будущем волгоградского губернатора

Сегодня главные телеканалы страны – Первый канал, Россия, НТВ, телекомпании Ren-TV и Дождь -  ведут прямую видеотрансляцию с участием президента Дмитрия Анатольевича Медведева и журналистов. Как сообщает ИА «Высота 102», представитель телеканала «Дождь» Михаил Зыгарь в одном из своих вопросов, который касается отставки чиновников, вспомнил «итальянскую» историю волгоградского губернатора Сергея Боженова, сотрудников аппарата администрации региона и областных депутатов. Приводим текст вопроса и ответа дословно.
М. Зыгарь: «Дмитрий Анатольевич, по поводу того, что отставка кажется самым страшным наказанием для чиновника, потому что такое ощущение, что борьба с коррупцией ведется в основном только на словах. Мы очень много слышим подозрений и даже иногда обвинений в адрес очень высокопоставленных госчиновников. Бывший глава Вашей Администрации [Сергей] Нарышкин говорил, что при Юрии Михайловиче Лужкове в Москве был запредельный уровень коррупции. И что? Никаких последствий в отношении Юрия Михайловича. Это не единственный случай, опять же, Лужков – это такой яркий пример.
Мы все знаем много примеров и губернаторов, и других высших госчиновников, в отношении которых есть большое предубеждение, недоверие в обществе. Однако никакой реакции у власти на эти настроения в обществе совершенно нет. Это дело касается не только коррупции, дело касается этичного поведения, возможно. Но репутация никак не влияет на политическое будущее. Волгоградский губернатор [Сергей] Боженов ославился на всю страну своим вояжем в Италии. И мы не сомневаемся, что его репутация никак не повлияет на его блестящую в будущем политическую карьеру.
Почему не происходит никакой реакции на запрос общества? Почему нет реальных результатов борьбы с коррупцией?»
Д.Медведев: «Михаил, знаете, я понимаю долг СМИ в том, чтобы категорически формулировать свою позицию. Это правильно. Но эта позиция не вполне точная.
Я Вам только что сказал, что вынужден был отправить в отставку 50 процентов губернаторов. Часть из них ушла именно потому, что, допустим, не было достаточных доказательств совершения преступления. У нас презумпцию невиновности никто не отменял, она действует. С другой стороны, по самым разным причинам (и Следственный комитет мне докладывал, и другие материалы были) мне приходилось принимать такое решение – просто вызывать соответствующего коллегу и говорить: «Знаете, Вы сами уходите, иначе будет хуже». Это первое.
Второе. По целому ряду бывших губернаторов идут уголовные дела. Ошибкой было бы считать, что никаких уголовных дел нет. Это неправда, они есть. Я не буду вмешиваться в прерогативы следственных органов. Если хотите, поднимите информацию, это все есть в прессе.

Третье. Если говорить о количестве коррупционных преступлений: их число, и зарегистрированных и расследуемых, с каждым годом растет. Сейчас в производстве Следственного комитета 17 тысяч преступлений коррупционной направленности, по которым проходят чиновники. Но это не значит, конечно, что они все должны обязательно висеть в Интернете. Хотя, кстати, такое предложение мне поступило во время одной из сессий «Открытого правительства». Мне говорят: «Давайте так: вот как только возбуждается уголовное дело по какому-то факту, сразу конкретного чиновника вывешиваем и пишем, что в отношении него ведется такое разбирательство». Но это спорная вещь».