88-летняя медработник из Волгоградской области: «Я помню эпидемию черной оспы в Советском Союзе. Врачи все делают правильно"

На фото: Нинель Королевич в конце 50-х годов (вторая слева) с медсестрами.  

Ситуация с распространением коронавирусной инфекцией во всем мире многим напомнила про другую опасность, которую, к счастью, удалось победить в Советском Союзе более шестидесяти лет назад –  черную оспу. Не допустить огромного количества смертей и стремительного заражения жителей Советского союза получилось только  благодаря беспрецедентным мерам, которые были предприняты в СССР,  и в первую очередь – мужеству и героизму врачей-эпидемиологов. 

88-летняя жительница Волжского Нинель Ивановна Королевич, врач-педиатр, которая работала и врачом-инфекционистом, вспоминает, как медработники тогда справились с тяжелым испытанием, выпавшем на их долю, и спасли страну от страшных последствий эпидемии. 

Нинель Ивановна после окончания Саратовского мединститута в 1956 году приехала по распределению в областной центр Казахстана – город Актюбинск, где стала работать врачом-педиатром. После войны прошло не так много времени, жизнь была тяжелой, да и всяких болезней хватало. 

По воспоминаниям Нинель Ивановны, если за неделю в округе не фиксировалось ни одного случая брюшного тифа, для медработников это был настоящий праздник. Но известие о том, что в 1959 году гражданин СССР после поездки в Индию привез в Москву черную оспу, прогремело как гром среди ясного неба. Когда этот мужчина попал в больницу, его увидела одна пожилая врач. Женщина тут же закрылась изнутри и закричала: «Это оспа!». Никто сначала ей не поверил – ведь про эту болезнь в Советском Союзе уже давно забыли. 

Но так все и случилось. Потом выяснилось, что перед поездкой в Индию мужчина должен был привиться, в том числе и от оспы. Но по какой-то причине этого не сделал и поставил фиктивный штамп. 

Справка. Черная оспа – это высокозаразная инфекция, одна из форм и имеет смертность до 90%. К 1936 году эту инфекцию удалось побороть в СССР только за счет массовой вакцинации. В 1959 году для заслона распространения черной оспы были предприняты беспрецедентные меры – в течение короткого времени были привиты около 6 миллионов жителей Москвы и 4 миллиона жителей Подмосковья. Умерли только 3 человека, а заболели – всего 45 человек. 

 

Огромный вал работы выпал и на медработников в регионах. «Мы все были привитыми от черной оспы, это нас и спасало, когда мы проводили иммунизацию среди населения. Это был колоссальный объем работ и большая ответственность врачей. Никто нам за это не доплачивал, да мы все считали, что так и надо. Мы гордились своей медициной. 

В Москве эпидемиологи проделали еще более масштабную работу – они выстроили так называемые эпидемиологические цепочки из тех, кто мог контактировать с заболевшим, и всех проверяли. Количество людей в этих цепочках доходило до миллиона человек. Только благодаря таким усилиям удалось погасить эту эпидемию до того, как она не обернулась многочисленными жертвами», - вспоминает Нинель Ивановна Королевич. 

Между тем, «на земле», на участке молодого врача хватало и всяких других инфекций. Тогда свирепствовала дифтерия, вакцина от которой была изобретена гораздо позже. Детей лечили особой сывороткой, которую сегодняшние малыши просто не перенесли бы из-за того, что сейчас каждый второй ребенок страдает аллергией. 

Уколы делали прямо на дому. Нинель Ивановна приходила к маленьким пациентам по вызову, ставила диагноз, вводила дробно сыворотку и в течение часа  пациента везли в инфекционную больницу. Эта сыворотка многих детей тогда спасла. А вот одного маленького пациента спасти не удалось. «Я до сих пор не могу забыть этого голубоглазого мальчика. Ему было пять лет. Мы все плакали», - рассказывает Нинель Ивановна. 

В эпоху разгула инфекций в 50-60-е годы врачи-эпидемиологи защищали себя сами, как могли. Нинель Ивановна тогда работала еще и инфекционистом по совместительству в местной больнице. На обход медики приходили в халатах с завязанным на спине поясом. Считалось, что это защищает от контактов с больными детьми. В палату сначала заходила медсестра. За поясом у нее было полотенце, смоченное хлоркой. Перед тем, как осмотреть пациента, врач протирала руки этим полотенцем. После осмотра повторяла эту процедуру. Стетоскоп вытирали каждый раз спиртом. «Работа у нас была неблагодарная. Многие люди не понимали опасности инфекций. Иногда нам не открывали двери, даже собак спускали. Но мы делали свое дело и никогда не ждали за это награды. Нас так учили», - вспоминает врач. 

Сегодня Нинель Ивановна как никто другой понимает важность соблюдения правил, продиктованных новой опасностью века – коронавирусной инфекцией. 

«Я уже третью неделю сижу дома. С детьми, внуками общаюсь по телефону. Раз в неделю ко мне приезжает сын с женой обязательно в масках, привозят продукты. Смотрю из окна и удивляюсь, что далеко не все люди понимают, что сейчас нужно оставаться дома. На мой взгляд, сегодняшние меры, которые предпринимаются, все-таки недостаточные – нужно вводить карантин с более жесткими ограничениями. Люди должны это понимать. И не терять чувство ответственности прежде всего по отношению к себе», - говорит опытный врач.