«Здесь я снова хочу жить»: журналисты ИА «Высота 102» провели день с беженцами из Донбасса

Она вообще очень часто плачет. И когда вспоминает об оставшейся на учебе в Харькове старшей внучке, и когда смотрит на младшего Илюшеньку – он смешно таращит глаза и даже улыбается, позируя перед фотокамерой. Кошка Сонечка только вот всего боится – забилась под кровать и, как мы ее не звали, так и не решилась познакомиться. Вера Владимировна рассказывает, что именно кошка раньше всех предугадывала, когда по их дому снова начнут стрелять.

– Знаете, стреляют вроде на окраине, а у нас стекла вылетают, – поясняет пенсионерка. – Мне кажется, в этот раз стреляют даже больше, чем тогда, в 2014-м. Хотя я не знаю, по кому они стреляют, у нас в те годы уже было столько убитых!.. Людей хоронили прямо у их домов. Тех, кого не могли закопать глубоко, просто присыпали землей, а собаки потом растаскивали тела. Деточки, так страшно, так страшно… – вновь плачет Вера Владимировна.

Наш разговор прерывает стук в дверь. Миловидная женщина в униформе волонтера принесла упаковку детских подгузников. Вера Владимировна спохватывается: она совсем не помнит, что попросила подгузники, а волонтеры молодцы, ничего не забывают.

Гостиница «Старт» в Тракторозаводском районе Волгограда стала первым пунктом временного размещения (ПВР) беженцев из непризнанных республик в областном центре. Большую часть людей разместили в гостиницах Волжского. Всего же в шести городах и 32 районах Волгоградской области к сегодняшнему дню создано уже 98 пунктов временного размещения для беженцев из Донецкой и Луганской Народных Республик. По поручению губернатора Андрея Бочарова, на социально-бытовое обустройство прибывших в Волгоградскую область жителей Донбасса выделено из резервного фонда администрации области 83,3 миллиона рублей – это расходы на их проживания и питание. Власти региона подтверждают: в общей сложности Волгоградская область готова принять у себя порядка 3,5 тысячи человек. К слову, многие из жителей региона уже выразили готовность приютить беженцев в своих домах.

– Знаете, я вам так скажу. Лучше сидеть дома и чтобы не было войны. Эти люди – те, которые сейчас правят на Украине – они не знают истории. Для них сейчас национальный герой Бандера, они так и говорят: тем, у кого найдем российский паспорт, отрубим руки. Вся надежда у нас только на Россию – это великая страна. Как вы думаете, Россия нас спасет? – с надеждой заглядывая нам в лицо, спрашивает Валерий Андреевич.

– Конечно, конечно! – уверяем мы, сожалея, что за маской никак не спрятать повлажневшие глаза, и, от всей души желая этим простым людям покоя и здоровья, прощаемся.

Гостиница «Старт» сегодня больше напоминает санаторий. Журналисты ИА «Высота 102» приехали сюда в час обеда. Людей в столовую провожают волонтеры. В одном из помещений расположились представители миграционной службы и службы защиты населения: здесь кипит своя бумажная работа – беженцев регистрируют, выдают новые сим-карты для телефонов, оформляют пособия. Рядом – комната психологов, где каждый может поделиться своей болью с профессионалами. Сотрудник Центра медицины катастроф клинической больницы №25, медицинский психолог Ангелина Миронова рассказывает: люди не переживают о себе – они боятся за оставшихся на Донбассе родителях, волнуются о детях, которым пришлось пережить ужасы войны. И еще, конечно, их беспокоит будущее – как и где жить дальше, смогут ли они еще вернуться в свои дома.

Отдельные помещения в гостинице отведены под игровые комнаты для детей: там с ними занимаются аниматоры и воспитатели. Второклассница Катюша из города Кировска Луганской области сегодня провела в игровой полдня, пока ее мама Наталья оформляла документы. Говорит, очень понравилось рисовать.

Мы с трудом уговорили Наталью побеседовать с нами. «Я ведь снова плакать начну», – волнуется она.

– Я, может быть, и не уехала бы. Но Катя перестала спать по ночам, хотя ведь нас обстреливали на протяжении этих восьми лет постоянно. Дети уже привыкли ходить в садики и школы под звуки стрельбы. Но несколько дней назад все стало намного страшнее. И как только нам предложили уехать, я решилась. Плохо помню, как собиралась: какие вещи взять надо было – зимние, весенние ли, сколько мы тут пробудем… –  вспоминает Наталья. – По территории Луганской области поезд шел без света – боялись, что начнут бомбить. Мы, взрослые, как-то справлялись со страхом, но детям, конечно, было тяжело – им не понять ведь всего этого. И только когда оказались в Лихой (Ростовская область – прим. ред.), выдохнули. Нас тут же пересадили в российские поезда, выдали постельное белье, теплые вещи, накормили. Ночь мы провели в поезде, а утром он тронулся в путь – до Волжского.

Женщина рассказывает, что на вокзале в Волжском их встречали как родных. Каждому помогли донести сумки, детям тут же вручили легкий перекус и воду. Но больше всего, призналась Наталья, они были рады, когда обнаружили, что в гостинице есть душ.

– Страх потихоньку отступает, но душа болит за родных: в ЛНР у меня остались лежачий папа-инвалид и родители мужа. Я бы никогда, никогда не уехала, – вновь повторяет Наталья, как будто оправдываясь, – но мне нужно было спасать дочь…

По словам первого заместителя главы администрации Тракторозаводского района Волгограда, начальника ПВР в гостинице «Старт» Али Абубекерова, все прибывшие беженцы обеспечиваются трехразовым питанием. Также в гостинице круглосуточно дежурят врачи – взрослые и педиатры – и порядка 15 волонтеров. Все бытовые пожелания беженцев учитываются незамедлительно, ни один человек не останется без помощи, заверил Абубекеров.

– В этой группе беженцев прибыли две престарелые одинокие женщины, – рассказал Али Абубекеров. – Сейчас решается вопрос по их дальнейшему размещению.

Журналисты ИА «Высота 102» разыскали одну из таких пенсионерок. Вере Григорьевне Андриановой 83 года. В 2014 году она эвакуировалась в Калужскую область, потом вернулась назад в ЛНР. А спустя 8 лет пожилая одинокая женщина вновь покинула родной дом. Она плохо слышит и скорее догадывается, чем понимает, о чем мы ее спрашиваем, но хорошо помнит, как 10 дней назад у ее дома разорвался снаряд.

– Наши приехали, все убрали, яму засыпали мусором. А меня отправьте в старческий дом, а? – полувопросительно говорит она.

– Вера Григорьевна, разве вы не хотите вернуться домой? – спрашиваем мы.

– Нет, не хочу. Там я уже хотела умереть. А здесь я снова хочу жить…