«Это не мои действия. Это действия Буравлевой»: обвиняемый в убийстве Пак вспомнил детали страшного ДТП

В Волгограде сегодня, 5 ноября, областной суд продолжил рассмотрение уголовного дела в отношении 74-летнего водителя BMW Александра Пака. В судебном процессе обвиняемый в убийстве Екатерины Буравлевой пенсионер рассказал о том, каким запомнил день 22 октября 2024 года, когда было совершено роковое ДТП. Как сообщает корреспондент ИА «Высота 102», Александр Пак в ходе допроса заявил, что фактически не заметил, как переехал женщину. Кроме того, отвечая на вопросы прокурора, он заявил, что смерть волгоградки наступила в результате ее собственных действий. 

Далее редакция приводит расшифровку допроса Пака. 

Адвокат Кварталов: Александр Васильевич, есть ли у Вас водительское удостоверение, какой стаж вождения, есть ли у Вас заболевания слуха и зрения? 

(Тишина) 

Адвокат Кварталов: Александр Васильевич, не слышите? А сейчас? 

Пак: Сейчас да. Водительское удостоверение категории B. Стаж где-то около 50-ти лет. Последний раз я его менял в 16-м году. Там не было никаких вопросов. Но даже когда я проходил медицинское освидетельствование, таких сильных... ну возрастные уже были по слуху и по зрению, но таких сильно ощутимых – я не обращался к врачам по этому поводу. 

Адвокат Кварталов: Скажите, автомобиль BMW кому принадлежит? На каком основании Вы им управляли? Был ли он технически исправен? 

Пак: Автомобиль дети приобрели. В двадцатом, по-моему, году. Юлия приобрела, чтобы мы с мамой перемещались в более комфортных условиях. Эксплуатировал я в основном, но другие члены семьи тоже ездили. 

Адвокат Кварталов: Понятно. Давайте к событиям 22 октября 2024 года. Поясните, пожалуйста, как выезжали из дома, куда ехали.

Пак: В этот день мы с моим товарищем решили посетить своего друга, который находится в хосписе в Советском районе. Пока собрались, приготовили все для свидания, я вышел из дома где-то в начале третьего. Взял с собой бытовой мусор, хотел выбросить в контейнер. А контейнер у нас находится на перекрестке улицы Степной и Большой. Когда начал отъезжать, дорога была вся заставлена машинами. Получилась такая, хм... Выезжала со стоянки как раз вот эта Toyota. Она находилась в конце этого запаркованного ряда. Часть дороги я проехал мимо этих запаркованных машин. Заметил Toyota выезжающей с парковки. Подумал, может, она не видит еще. Может, она заедет снова? Или сдаст назад. А назад надо было сдать метров пять-семь – и мы бы разъехались. 

Адвокат Кварталов: То есть у вас не получалось разъехаться. 

Пак: Да. Получилось так, что она взяла да и поехала вообще прямо на меня. Я смотрю через стекло – увидел жестикуляцию через лобовое стекло, что я должен сдать назад. Я взял правее, чтобы хоть как-то уступить дорогу. Как раз был въезд в частный дом, который позволял это. 

Адвокат Кварталов: Слева от Вас? 

Пак: Да. Слева от меня. Она поехала, как вдруг на половине корпуса остановилась. Я думаю: ну раз остановилась, то дальше не едет. Все было построено на мимике и жестах. Разговора никакого не было. 

Адвокат Кварталов: А у Вас в салоне играла музыка? 

Пак: Да, радио. Включено постоянно. Фон стоял. 

Адвокат Кварталов: Окна открыты или закрыты были? 

Пак: Закрыты были. Открыл только, когда она крикнула что-то вроде: «Вы адекватны или как?». Я ответил, что я адекватный, закрыл стекло и поехал. Я не вижу каких-то конфликтных ситуаций. И я почти проехал. Почти весь корпус. Но арка заднего левого колеса чуть затронула ее бампер. Я-то этого не заметил. А когда вернулся уже назад с хосписа, мне показали. 

Адвокат Кварталов: К этому вернемся еще. Вот дальше что? Разъехались... 

Пак: Дальше что? Я доехал до мусорных баков. Взял мусор, выбросил.  Мусор лежал за моей спинкой, сзади. С левой двери и вытащил, выгрузил. Дальше сел в машину. Посмотрел – там перекресток как раз Большая пересекается со Степной. Мне надо было следить за правой стороной – там очень часто выезжают, Энергосбыт находится там у нас и транспорт часто бегает. Поэтому пришлось наблюдать за этой правой частью ул. Большой и перед собой. На левую сторону я поглядел, когда отъезжал от мусорных баков – не было никого и ничего. И вот я как ехал – так и уехал. 

Затем , по словам подсудимого, когда он уже находился в Советском районе, ему позвонила дочь Юлия.

Пак: Она сказала: «Пап, вернись на Большую. Ты что-то там натворил». Я говорю, да ничего там не было. А она: «Нет. Там тебя ищут, разыскивают, там уже и ГАИ, там все». Я: «Ну хорошо. Сейчас тогда соберусь и поеду». Мы вышли из хосписа, сели в машину и поехали. 

По словам подсудимого, когда он вернулся в сопровождении инспекторов ГАИ на место происшествия, первым делом ему сообщили о «железке» (незначительное ДТП без пострадавших) с Toyota. 

Пак: Мы с инспектором прошли на место. Стоим и оба молчим. Я говорю: «Вы мне покажите, где здесь что?». Он говорит: «Я не вижу». Я говорю: «Ну тогда пойдемте к моей машине. Может, там что-то?». И мы пошли к моей машине. И там нашли это пятнышко на левом заднем крыле. Ну притертость. Знаете, – как за кусты зацепился. 

Потом, по словам Пака, он прошел освидетельствование в наркодиспансере. А узнал о наезде на женщину лишь тогда, когда вновь вернулся на ул. Большую. 

Александр Пак признал на суде, что отказался подписывать протокол, согласно которому он совершил наезд на пешехода. 

Пак: День заканчивался, смеркалось, темно. Он [инспектор ГАИ] мне, значит, показывает на конус. Якобы там лужа крови. Я сказал, что на эту лужу крови я же не посмотрю. И предложил: «Давайте до завтра». И мы разъехались. Машину они забрали на штрафстоянку свою. Собственно, на этом день закончился. 

Адвокат Кварталов: Александр Васильевич, на месте происшествия сотрудники ГАИ Вас на видео записывали? 

Пак: Сейчас не могу вспомнить, но, наверное, если запись есть, то записывали. 

Адвокат Кварталов: Вы помните, что говорили на этой записи? 

Пак: Они спрашивали, каким образом, как наехали на пешехода. Что-то такое там. Вопросы такие были. Я отвечал, что я этого не видел и не знаю, сказать ничего не могу. Вот и все.

Адвокат Кварталов: На Вашем автомобиле блокировка дверей каким образом отрегулирована? 

Пак: Есть опция, при которой во время трогания срабатывает опция блокировки дверей. Когда стоит [машина], двери не блокируются. Это можно сделать принудительно, но я никогда этим не пользовался. 

Судья Дмитрий Туленков: Давайте без «предположить». Давайте факты. Тем более, если человек ничего не слышал и не заметил. 

Пак: Ну фактов как таковых по этому конкретному случаю – их нету у меня. Я их не могу сказать, потому что я их не видел. Если б я видел, слышал, прочувствовал, я бы сказал. Если я ничего не видел и не слышал, я о чем могу говорить и как комментировать? Ну то, что возможно, – возможно, да – это я допускаю, конечно. Если человек ухватился за ручку движущегося транспорта, еще споткнулся сам – я понимаю, что это к хорошему не приведет. А как это, что это – я не могу пояснить даже. Абсолютно.

Адвокат Факеев: То есть Вы допускаете, что было взаимодействие погибшей Буравлевой с вашим автомобилем? 

Пак: Есть свидетельские показания. Я понимаю, что она ухватилась. Я понимаю, что она споткнулась. Конечно, это падение в динамике машины может привести к таким очень плачевным результатам. 

Адвокат Факеев: Из каких источников Вы узнали, что она ухватилась?

Пак: Даже не из источников, а вот этот след на двери, что я видел. То, что есть след на задней двери и на задней арке тот же след, но уже не руки, а локтя. 

Адвокат Факеев: То есть этот вывод Вы сделали, исходя из следов на автомобиле Вашем? 

Пак: Да, это я сам для себя сделал выводы. 

Адвокат Факеев: В момент инцидента с Toyota у Вас были какие-то негативные эмоции? 

Пак: Да ну нет. Мы первый раз в жизни вообще встретились и вообще не виделись никогда. Какие там могут быть эмоции? Какие могут быть вдруг мысли о том, что нужно этого человека устранить, как мне следователь впаривал? Это ужас какой-то. 

Далее на уточняющие вопросы представителя гособвинения о том, видел ли Пак Екатерину Буравлеву, когда разъехавшись с ее автомобилем и зацепив его, выбрасывал мусор, он ответил отрицательно. 

Прокурор: Когда Вы выбросили мусор, сели за руль, как быстро Вы начали движение? 

Пак: Как обычно. Сел, надел ремень безопасности, нажал на газ и поехал. 

Прокурор: Когда Вы выбрасывали мусор, двигатель был в каком положении?

Пак: Он работал. Я его не глушил. 

Прокурор: А стекла в каком положении были? 

Пак: Все закрыты. 

Прокурор: А посторонние шумы были в салоне? 

Пак: Работало радио. 

Продолжая отвечать на вопросы прокурора, Пак заявил, что не предпринимал значительных маневров, отъезжая от контейнерной площадки. Скорость его движения по ул. Большой, с его слов, составляла не более 15 километров в час. 

Прокурор: Вы описывали след на автомобиле. Отсюда вопрос: Вы признаете, что в результате именно Ваших действий как лица, находящегося за рулем транспортного средства, образовались телесные повреждения у Буравлевой? 

Пак: Вот я тут не уверен, что это мои действия, извините. Это действия Буравлевой, так сказать. Подскочить, схватиться за ручку. Это как? Когда движущийся транспорт на автомобильной дороге. Как можно, когда движется транспорт, цепляться за него? Поэтому я никак не могу признать, что это мои действия. Мои действия были – я ехал, и все. А ее действия – она схватилась за ручку. 

Адвокат Лихошапко (представитель потерпевших): Находясь в хосписе Вы с Вашим приятелем осматривали автомобиль на наличие повреждений? 

Пак: Мы с ним ничего не осматривали. У нас взгляд прошелся по автомобилю. Он сказал, вот какой-то след. Я ответил: «Не знаю, Ген, сейчас доеду и посмотрим, что это за следы». 

Адвокат Лихошапко: А когда на месте ДТП появился Ваш адвокат Факеев? 

Пак: Когда мне предложили на подпись протокол о наезде на пешехода. 

Далее судья Туленков озвучил вопросы Паку от присяжных. В частности, заседателей интересовало: не мешали ли проблемы со слухом и зрением ему управлять автомобилем.

Пак: Оно не настолько мне мешало. Ездил я свободно, без всяких проблем. Поэтому я и не обращался к врачам. То есть ну были отрицательные показатели, но они не настолько влияют на вождение автомобилем.

На этом сегодня допрос Александра Пака завершился. Далее в суде выступила врач-офтальмолог, которая дала оценку исследований органов зрения Пака, которые были проведены ранее. Согласно выводу специалиста, водитель BMW из-за катаракты левого глаза действительно мог не заметить Буравлеву, когда та ухватилась за ручку. 

Врач-офтальмолог: Центральная область сетчатки у него сохранена. На левом глазу глаукома третьей степени. По зрению у него категория B – и то очень сомнительно. 

В заключение гособвинение ходатайствовало в суде сегодня о выездном осмотре автомобиля BMW. В частности, по словам прокурора, есть необходимость в оценке следов на кузове, габаритов транспортного средства и др. Специалиста, который готов оказать суду содействие в выездном осмотре, гособвинение заявило. 

– Фактически гособвинение предлагает провести эксперимент. Давайте тогда уже пригласим специалиста, который залезет в систему и даст заключение о том, не проводилось ли каких-то изменений уже на стоянке, – возразили свое несогласие с заявленным ходатайством адвокаты Александра Пака. – Автомобиль уже был осмотрен. Чрезвычайные должны быть обстоятельства, чтобы снова возвращаться к экспертизе. 

Судья Дмитрий Туленков, тем не менее, удовлетворил просьбу представителя гособвинения. Выездной осмотр BMW должен состояться завтра, 6 ноября. 

Напомним, Александру Паку в качестве максимального грозит наказание в виде 20 лет лишения свободы. 74-летний водитель обвиняется по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство лица, совершённое с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом общественного долга.