Устроил немцам ад на земле: как знаменитый генерал Горохов оказался в окружении, но удержал северную часть Сталинграда

Знаменитая «группа Горохова». Собранная за пять месяцев и отправленная в Сталинград в один из самых драматичных эпизодов битвы на Волге, в 1942-м она стала настоящим «волнорезом» для немцев. Как сложилась судьба ее командира, прославленного генерал-майора Сергея Горохова, сумевшего отстоять северную часть города, расскажем в материале ИА «Высота 102».

Будущий генерал-майор родился 6 октября 1901 года в деревне Теремец Тульской губернии. Свой земной путь участник Великой Отечественной войны, навсегда вписавший свое имя в историю Сталинградской битвы, завершил в 1974 году.

Деревенский мальчишка, Сергей Горохов не боялся никакой работы – трудился на заводе, был ломовым извозчиком, служил в банке, а после – в местном сельсовете. Новая, и, как покажет время, основная глава его жизни началась в 1920 году – с призывом в Красную Армию. Начав свой путь с обучения в пулеметной школе, позже он окончил Военную академию имени Фрунзе и Военно-хозяйственную академию имени Молотова. За год до войны офицер возглавил штаб 99-й стрелковой дивизии Киевского Особого военного округа, которую по итогам проверок называли лучшей не только в своем округе.

Уже спустя месяц после начала Великой Отечественной Сергей Горохов был награжден орденом Красного Знамени – по разработанному им плану контрудара неприятель был выбит из города Перемышля. Впрочем, уже скоро светлая полоса сменилась более темной. Части дивизии попали в окружение и вынужденно отступили.

«Все помыслы были направлены на одну маленькую, но великую задачу»

В декабре 1941-го Сергею Горохову поручили не просто собрать, но и качественно подготовить к войне 124-ю отдельную стрелковую бригаду. Пять месяцев прославившиеся в Сталинграде «гороховцы» учились воинскому мастерству, занимаясь буквально на износ и доводя до автоматизма каждое свое действие. Уже тогда командир Горохов обрел сослуживца, с которым было не страшно идти хоть в разведку, хоть в реальный бой – комиссара Владимира Грекова. В Сталинграде Горохов скажет ему: «Заместителей у меня много, а комиссар – один. Ничего в бригаде менять не будем».

В конце августа 1942-го, спустя несколько дней после массированной бомбардировки города, 124-я бригада прибыла в Сталинград. Очевидцы тех событий вспоминали, что встреча полковника Горохова с красноармейцами проходила отнюдь не шаблонно: солдаты не просто знали своего командира. Они ему доверяли.

– 25 августа первые эшелоны подошли в лес Красной Слободы. 26 августа на берегу реки Царицы на командном пункте фронта состоялась моя встреча с товарищем Хрущёвым и Ерёменко. В ночь с 27 на 28 августа был получен приказ передислоцироваться на правый берег. Бригада благополучно была переброшена на правый берег и сосредоточена на южной окраине Сталинграда. При этом только два человека были тяжело ранены, – вспоминал сам Сергей Горохов. – Утром меня снова вызвали на командный пункт фронта, где уже были товарищи Маленков, Хрущёв, Василевский, Малышев, Ерёменко. Нам была поставлена задача перебросить бригаду на север города в район Сталинградского тракторного завода и с утра 29 августа перейти в наступление, чтобы дать возможность рабочим СТЗ продолжать работу, главным образом по ремонту танков и выпуску новых.

События следующих дней разворачивались крайне стремительно: 28-го августа была создана «Северная группа генерала Горохова», а уже на следующее утро, потратив на подготовку менее суток, ее участники перешли в наступление. Такой форсированный и неожиданный для немцев удар дал свои результаты – отбросив противника на 8 километров, «гороховцы» освободили Спартановку, поселок Рынок до высот Латошинки.

– Душевное спокойствие мы вновь обрели только на следующий день, в одном из батальонов, оборонявших северную окраину Сталинграда. Там все помыслы и душевные силы людей были направлены на одну, казалось бы, маленькую, но на самом деле великую задачу — отстоять от немцев лежащую за северной окраиной Сталинграда деревеньку Рынок, – напишет после в своем «Сталинградском дневнике» посещавший 124-ю бригаду Константин Симонов.

«Окажут такую помощь, о которой я не и не мечтаю»

В октябре рвавшиеся к Тракторному заводу гитлеровцы начали масштабное наступление – 18 октября неприятель оказался на территории предприятия, отрезав «гороховцев» от других частей 62-й Армии. С этого времени бойцы знаменитой группы переживали тяжелейшие испытания, оставаясь на грани жизни и смерти. 

– 35 дней группа сражалась в полуокружении. Из-за осеннего ледохода на Волге была нарушена постоянная связь с левым берегом. 2 ноября гитлеровцы в течение 10 часов бомбили позиции гороховцев и после этого предприняли танковую атаку, которая была успешно отбита. 17 ноября гитлеровцы предприняли новые усилия, чтобы сбросить воинов Горохова в Волгу. Положение было очень тяжёлым. Отдельные группы противника по реке Сухая Мечётка прошли до Волги. Со стороны Латошинки двигались танки. Бой длился весь день, противник потерял 24 танка. Но бойцы северной группы полковника Сергея Горохова и комиссара Владимира Грекова выстояли, – рассказывают о тех событиях в музее-заповеднике «Сталинградская битва».

– Я вспоминаю разговор по телефону с товарищем Ерёменко, Чуйковым, Гуровым, которые интересовались создавшимся положением. Приказав крепко держаться и бить немцев, они мне обещали через 2-3 дня оказать такую помощь, о которой я и не мечтаю. Бой продолжался весь день. В бой вступили все наши повара, писари, бойцы тыловых служб. Я бросил в бой последнее, что у меня оставалось - 150 автоматчиков и столько же сапёров, – отмечал после войны сам Сергей Горохов. – В результате боёв немецкие танки были отброшены. 24 из них остались на поле боя, не считая ушедших подбитых танков своим ходом и утянутых транспортёрами ночью с 17.11 на 18.11 и с 18.11 на19.11. К вечеру немцев выбили из Рынка, положение было восстановлено. 19.11 в 16:00 до нас донеслись орудийные звуки начавшегося общего наступления Сталинградского фронта. Воодушевлённые люди очистили от немцев Спартановку и 23 ноября соединились с 99 стрелковой дивизии войск Рокоссовского (в мирное время я был начальником штаба этой дивизии). В ночь с 20 на 21 ноября немцы сняли 16 танковую дивизию и бросили её в район Калача. Это было время завершения окружения группировки Паулюса.

Сочетавший в себе не только воинскую, но и житейскую мудрость, даже о серьезных, подчас жестоких испытаниях командир говорил без лишних красок и эмоций. 

– На левом берегу у нас было всё что нам требовалось, даже шоколад, печенье для раненых и другие продукты питания. В достаточном количестве боеприпасов. На правом берегу Волги были созданы кладовые для каждого подразделения. В ноябре месяце по Волге прошла «шуга» (мелкий лёд со снегом), снабжение через Волгу было крайне тяжёлым. Немцы обстреливали Волгу как со стороны СТЗ, так и со стороны Латошинки. Таким образом, огневая завеса не позволяла использовать Волгу для систематической связи с левым берегом. Как нарочно в том году «шуга» шла очень долго. За этот период к нам подошло только два парохода с продовольствием и боеприпасами. Со второй половины октября сообщение с левым берегом по Волге почти прекратилось. Нашу группу стали снабжать самолётами. Сначала это выполнялось тяжёлыми самолётами, но потом эту функцию стали выполнять самолёты «У-2». Снабжение воздушным путём длилось до 23 ноября. Мы получали медикаменты, продовольствие, боеприпасы и всё необходимое. Очень тяжело было в этот период с транспортировкой раненых. На правом берегу был организован санитарный пункт, на левом уже берегу располагался наш медсанбат. Делали лодки, подбирали ребят-героев и отправляли с ними раненых, а обратно привозили боеприпасы. Каждая отправленная партия являлась для нас праздником. На правом берегу у меня было 20-30 лошадей, которые в период тактического окружения группы (с 18 по 23 ноября) использовались и для питания бойцов, – рассказывал в мирное время защитник Сталинграда.

«Умели не только командовать, но и слушать, соразмлышлять»

Когда командира 124-й отправили на повышение, его бойцы не скрывали ни досады, ни печали – ведь, по словам Владимира Грекова, «это счастье, когда во главе дела в бригаде Горохова стояли люди, умевшие не только командовать или призывать. По-настоящему умели они слушать (выслушивать), соразмышлять».

– После Сталинградской битвы генерал-майор Горохов участвовал в боях за Ростов, Николаев, Одессу, дойдя до Днепра, – вспоминают в музее-заповеднике «Сталинградская битва». – Долгожданную победу он встретил на острове Рюген. Знаменитый командующий, за время войны он получил не одну награду и шесть раз упоминался в приказах Верховного Главнокомандующего.

Поработав преподавателем в родной для него Военной академии имени М.В, Фрунзе, в 1953 году Сергей Горохов вышел в отставку и, никогда не кичась своими заслугами и званиями, все больше времени проводил на построенной им самим даче. Несмотря на внешнюю отстраненность от прежних дел, генерал возвращался в изменивший его жизнь Сталинград, а также поддерживал связь со своими сослуживцами, вспоминая добрым словом и выживших героев, и тех, кто остался в бессмертном полку.

– Я вспоминаю комиссара Владимира Алексеевича Грекова, который работает под Москвой, Усова, бывшего начальника артиллерии и оперативного отдела, работающего в настоящее время в академии имени Фрунзе, Карташова командующего артиллерией одного из соединений. В настоящее время он служит в Белорусском военном округе. Семашко, который погиб. Тколенко, где в настоящий момент он работает, я не знаю. Долго имел переписку с Цыбулиным, но не так давно эта переписка оборвалась. Где сейчас находится, я не знаю. Лепский, разведчик, в настоящее время он находится за границей. Труфанов – в Хабаровске.

Фото с сайта Госкаталог.РФ, а также предоставлены музеем Волгоградского кадетского корпуса СК России, коллаж Алексея Костякова