«Ему часто снились его солдаты»: малоизвестные факты из жизни легендарного маршала Василия Чуйкова

«Когда его гости вспоминали войну, он мрачнел. А когда о тех событиях спрашивала я, говорил: "Мала еще". Так ни одного слова о войне он мне и не сказал», – вспоминает внучка маршала Советского Союза Василия Чуйкова Екатерина. Добившись важнейшей победы в Сталинграде, он еще десятки раз возвращался в этот город. Здесь же просил остаться навсегда – рядом со своими солдатами. 

В день 125-летия легендарного военачальника корреспонденты ИА «Высота 102» собрали малоизвестные факты из его жизни. 

Участник Гражданской войны, в 19 лет Василий Чуйков заменил раненого в бою командира полка и воевал на этой должности до 1921 года. А дальше – обучение в Военной академии, отправка в Китай в качестве военного советника, участие в Польском походе и в советско-финской войне, работа военным атташе в Китае с 1940 до 1942 год. 

С началом Великой Отечественной войны будущий маршал не раз просил руководство отправить его на фронт. Его просьбу исполнили весной 1942-го. До назначения командующего армией Чуйков занимался формированием первой резервной армией в Туле. В конце июля 1942-го был заместителем командующего 64-й армией, а 12 сентября возглавил легендарную 62-ю армию, прошедшую путь от Сталинграда до Берлина. 

Автор знаменитой фразы «За Волгой для нас земли нет!» всегда оставался на переднем крае, за что был уважаем простыми солдатами. За отточенную тактику штурмовых групп и уличного боя Василия Чуйкова называли «генерал Штурм». 

К памяти о Сталинградской битве командующий 64-й, а после 62-й армии относился очень щепетильно. Представьте, что для создания панорамы «Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом» Василий Чуйков устраивал учения для художников, в точности воссоздавая операцию «Кольцо» в Киевском военном округе. 

– К людям искусства Василий Иванович всегда относился с большим уважением, – рассказывает заведующая отделом экспозиционно-выставочной работы музея-заповедника «Сталинградская битва» Светлана Аргасцева. – Приезжавших в Сталинград художников распределяли по армиям – кого в 66-ю, кого – в 64-ю. Но, откровенно говоря, военачальники относились к этому без энтузиазма. Мало кому из них хотелось брать на себя лишнюю нагрузку, отвечая на фронте за необстрелянного человека. А вот Чуйков, напротив, соглашался очень охотно: «Давайте я возьму! Давайте ко мне». Возражения в духе: «У вас уже работают четыре человека» его нисколько не смущали. Возьму, мол, и пятого. Его дальновидность помогла увековечить подвиг бойцов. Ведь сегодня, куда не посмотри, вы увидите рисунки и фотографии с позиций 62-й армии. Помню, что в прежние времена приезжавшие в музей ветераны говорили: «У вас все 62-я да 62-я. А мы с 64-й, у нас заводы работали». Это, конечно так, но музей показывает и рассказывает историю путем военных предметов. Дайте мне фотографии с позиций 64-й армии, и я с удовольствием их всем покажу. Но этих кадров, увы, нет. 

В Берлине, уже под конец войны, Василий Чуйков познакомился с Евгением Вучетичем. Тогда же маршал Советского Союза и будущий знаменитый скульптор делились мнениями о памятнике, который, по их мнению, должен появиться в Сталинграде. 

– Их знакомство переросло в большую дружбу, и то, что автором проекта на Мамаевом кургане стал именно Евгений Викторович - исключительная заслуга Василия Чуйкова, – отмечает Светлана Аргасцева. – Он вникал в вопросы строительства мемориального комплекса, был консультантом создаваемого музея-панорамы «Сталинградская битва». До его открытия он не дожил всего несколько месяцев. 

Приезжая в Сталинград не только в официальные праздники, Маршал Советского Союза сторонился всего наносного. И все же встречи у трапа самолета, громкие представления и официальные речи были положены ему по статусу. 

–  Официальных мероприятий ему было не избежать – они соответствовали его должности и профессиональным обязанностям. Тем более, что к Сталинграду у него всегда было особое отношение, – уверена его внучка Екатерина Чуйкова. – Бабушка говорила, что ему снились солдаты. А в своем завещании он написал: «Чувствуя приближение конца жизни, я в полном сознании обращаюсь с просьбой: после моей смерти прах похороните на Мамаевом кургане в Сталинграде, где был организован мной 12 сентября 1942 года мой командный пункт… С того места слышится рев волжских вод, залпы орудий и боль сталинградских руин, там захоронены тысячи бойцов, которыми я командовал…». Современным городом дед бы наверняка гордился, как и Сталинградом. Но вот концерты на Кургане вряд ли бы одобрил. Мамаев курган – усыпальница, там такое нельзя.

Маршальскую строгость и требовательность, вспоминает Екатерина, его близкие могли ощутить и дома. Однако со своей супругой и внуками Василий Чуйков был вовсе не закаленным жизнью военачальником, а заботливым мужем, отцом и дедом.   

– Он меня обожал и баловал. Учил меня кататься на двухколесном велосипеде, лазать по деревьям, не бояться темноты, а еще… верить в себя, – говорит внучка Василия Чуйкова. – Мы с бабушкой любили сидеть на широком подоконнике и, закутавшись в плед, ждать его с работы. Несмотря на усталость, он буквально с порога уделял мне внимание. И от всего меня защищал. Когда мама пыталась меня воспитывать, я со всех ног бежала к нему в кабинет и пряталась под столом. Дед, требовательный к себе и окружающим, ругал маму за излишнюю строгость в воспитании. К слову, заходить к нему в кабинет во время его работы было запрещено. Мне он делал исключения, а вот старшим внукам везло меньше. 

Став легендой еще при жизни, Василий Чуйков не жил одним лишь прошлым. Уже прикованный к постели, он общался с генералом армии Валентином Варенниковым и предлагал тактику для боев в Афганистане. 

– Василий Иванович писал, что в Афганистане было бы уместно применять отработанную в Сталинграде тактику штурмовых групп, – комментирует Светлана Аргасцева. – Объяснял, почему она будет эффективна в кишлаках, рассказывал, как укрываться на открытой местности. Одним словом, составлял удивительные записи, которые в последствии действительно помогали нашим бойцам в Афганистане. 

– Раньше Василия Ивановича вспоминали, как героя прошлого. Но спустя много десятилетий оставленные им знания понадобились вновь, – соглашается Екатерина Чуйкова. – Цикличность истории поражает. Легендарная 62-8 гвардейская армия, защищавшая Сталинград, видевшая капитуляцию Креббса и дошедшая до Берлина, участвовавшая в том числе в боях на Украине, сегодня восстановлена и участвует в СВО. Тактика уличного боя, описанная в «Сражении века, и в других книгах Василия Ивановича, сейчас также применяется. Не знающий прошлого, не может думать о будущем. Удивительно, как актуально сегодня звучат эти слова.

Виктория Чумакова

Фото Геннадия Гуляева